Вспоминая школу.

Всё это было, было, всё это нас палило, вздёргивало и ломало, и волокло в могилу, и втаскивало на пьедесталы...

А я бы с удовольствием пошла бы сейчас в школу... но только класс в шестой - седьмой, ну можно в восьмой, не раньше и не позже. Время, когда нет еще особых забот и проблем, не надо думать - куда поступать, но уже понимаешь прелесть жизни, взрослеешь Появляются мальчики, первые чувства Первые поцелуи в щечку Здорово же!!!

да приятно вспомнить школьные годы... "как это было давно..." (с)

А самые лучшие воспоминания о школе - об учителях, некоторые из которых врезаются в память так же, как легендарный "УЧИТЕЛЬ" Жванецкого:

"Борис Ефимович Друккер, говорящий со страшным акцентом, преподаватель русского языка и литературы в старших классах, орущий, кричащий на нас с седьмого класса по последний день, ненавидимый нами самодур и деспот. Лысый, в очках, которые в лоб летели любому из нас. Ходил размашисто, кланяясь в такт шагам. Бешено презирал все предметы, кроме своего.
– Бортник, вы ударник, он не стахановец, он ударник. Он кошмарный ударник по своим родителям и по моей голове. И если вас не примут в институт, то не потому, о чем вы думаете, кстати, потому, о чем – вместе или раздельно? Что ты скажешь? Получи два и думай дальше.
Этот мальчик имеет на редкость задумчивый вид. О чем вы думаете, Лурье? Как написать стеклянный, оловянный, деревянный? Вы думаете о шахматах: шах – мат. Вы мне – шах, я вам – мат. Это будет моя партия, я вам обещаю. И вы проиграете жизнь за вашей проклятой доской.
Повернись. Я тебе дал пять. О чем ты с ним говоришь? Он же не знает слова стреляный. Не дай бог, вы найдете общий язык. Пусть он гибнет один.
Внимание! Вчера приходила мама Х. Он переживает: я ему дал два. Он имел мужество сказать маме. Так я тебе дам еще два, чтоб ты исправил ту и плакал над этой. Посмотри на свой диктант. Красным я отметил твои ошибки. Это кровавая, прострелянная в шести местах тетрадь. Но я тебе дал три с плюсом, тебе и маме.
Сейчас, как и всегда, я вам буду читать сочинение Григорьянца. Вы будете плакать над ним, как плакал я.
Мусюк, ты будешь смотреть в окно после моей гибели, а сейчас смотри на меня до боли, до слез, до отвращения!
Борис Ефимович Друккер! Его брат, литературный критик, был арестован в 48-м или в 47-м. Мы это знали. От этого нам было тоже противно: брат врага народа.
Борис Ефимович Друккер, имевший в классе любимчиков и прощавший им все, кроме ошибок в диктанте.
Борис Ефимович Друккер, никогда не проверявший тетради. Он для этого брал двух отличников, а уж они тайно кое-кому исправляли ошибки, и он, видимо, это знал.
Борис Ефимович Друккер брызгал слюной сквозь беззубый рот – какая жуткая, специфическая внешность. Почему он преподавал русскую литературу? Каким он был противным, Борис Ефимович Друккер, умерший в пятьдесят девять лет в 66-м году. И никто из нас не мог идти за гробом – мы уже все разъехались.
Мы собрались сегодня, когда нам по сорок. «Так выпьем за Бориса Ефимовича, за светлую и вечную память о нем, – сказали закончившие разные институты, а все равно ставшие писателями, поэтами, потому что это в нас неистребимо, от этого нельзя убежать. – Встанем в память о нем, – сказали фотографы и инженеры, подполковники и моряки, которые до сих пор пишут без единой ошибки. – Вечная память и почитание. Спасибо судьбе за знакомство с ним, за личность, за истрепанные нервы его, за великий, чистый, острый русский язык – его язык, ставший нашим. И во веки веков. Аминь!»

НЕНАВИЖУ ШКОЛУ!!! НИКОГДА НЕ ВСПОМИНАТЬ ЭТОТ СТРАШНЫЙ СОН!!! УРОКИ, УЧЕБНИКИ... БРРР...........

а я прихожу на вечер встречи и выпускников....и НОСТАЛЬГИИИИИИИИЯ....)