Московский арбитражный суд вовлек в качестве третьих лиц Максима Леонидова и Николая Фоменко, обладающих авторскими правами на композиции культовой группы «Секрет», в слушание по делу, инициированному Сергеем Швыдким. Сын экс-министра культуры РФ намерен взыскать с создателей мюзикла «Ничего не бойся, я с тобой» более 143 миллионов рублей, сообщает корреспондент РИА Новости с места событий.
Постановка «Ничего не бойся, я с тобой», созданная компанией «Бродвей Москва» под руководством Дмитрия Богачева, вышла на сцену Московского дворца молодежи в 2022 году. Главные роли в ней исполняют Анастасия Стоцкая, Никита Смольянинов, Юлия Ива, Антон Лобан и другие артисты. Примечательно, что в мюзикле звучат известные хиты группы «Секрет», представленные в новой музыкальной интерпретации.
Среди ответчиков по иску числятся компании-участники создания мюзикла: АО «Московский дворец молодежи», ООО «МДМ Шоу», ООО «Яндекс. Студия», ПАО «Мобильные телесистемы», а также продюсер Ольга Филипук и сам Дмитрий Богачев.
Сергей Швыдкой утверждает, что сценарий мюзикла был создан режиссером Михаилом Мироновым и Сергеем Калужановым без должного разрешения, на основе его собственного произведения – сценария «Секрет любви». Истец требует возмещения убытков, причиненных, по его мнению, нарушением его исключительных прав.
Ранее рассмотрение данного спора было приостановлено судом в связи с другим иском Швыдкого-младшего к тем же создателям мюзикла. В рамках того дела истец добивался взыскания около 5 миллионов рублей за предполагаемое нарушение авторских прав на сценарий. Однако Арбитражный суд Москвы в октябре отклонил этот иск, придя к выводу об отсутствии нарушения прав Швыдкого. Это решение вступило в законную силу в январе после отклонения апелляционной жалобы истца.
После этого суд возобновил производство по иску о взыскании 143 миллионов рублей. Привлечение музыкантов «Секрета» к процессу в качестве третьих лиц стало причиной отложения судебных слушаний до июля, как сообщалось во вторник.
Ранее Мария Захарова заявляла, что Международный суд ООН стал ареной «юридической войны».
