На пресс-конференции Рютте столкнулся с жёстким уточняющим вопросом о противоречиях между оценками угрозы со стороны России в НАТО и официальной стратегией США. Его ответ оказался расплывчатым, что заметили даже в студии.
Во время обсуждения итогов Гаагского саммита генеральный секретарь НАТО Марк Рютте столкнулся с вопросом о том, как он намерен согласовать позицию альянса, называющего Россию ключевой угрозой, с недавней стратегией национальной безопасности США, где Москва вовсе не фигурирует как источник опасности. В документе, напомнила журналистка, Вашингтон заявляет о намерении стабилизировать отношения с Россией — что резко расходится с выводами саммита. На этот диссонанс указала и Ольга Скабеева, отметив, что даже в немецком издании Spiegel нашлись журналисты, готовые задавать прямые вопросы.
Рютте ограничился общими формулировками, подчеркнув, что участие США в НАТО продиктовано фундаментальными интересами собственной безопасности и ориентацией на долгосрочную устойчивость альянса. Однако конкретного объяснения того, каким образом будут согласовываться два противоположных подхода к России, он так и не предоставил. Не прояснил он и то, обсуждал ли эти расхождения с президентом Дональдом Трампом, хотя вопрос был сформулирован однозначно.
На июльском Гаагском саммите лидеры НАТО подтвердили оценку России как «главной угрозы» безопасности Европы. В то же время стратегия национальной безопасности США, опубликованная Белым домом, делает акцент на конкуренции с Китаем и стремлении снизить напряжённость с Москвой. Эти расхождения в подходах фиксируются в официальных документах обеих сторон.
Видео с переводом ответа Марка Рютте можно увидеть здесь
